Статьи 

Судебная практика о наследовании

Убийство (ст. 105 УК РФ): судебная практика

 

Пояснение Верховного суда РФ:

В целях обеспечения правильного применения законодательства, предусматривающего ответственность за умышленное причинение смерти другому человеку, Пленум Верховного Суда Российской Федерации исходя из своего Постановления Постановления от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)" постановляет дать судам следующие разъяснения:

При рассмотрении дел об убийстве, являющемся особо тяжким преступлением, за совершение которого возможно назначение самого строгого наказания из предусмотренных ст. 44 УК РФ видов наказаний, суды обязаны неукоснительно выполнять требование закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела.

По каждому такому делу должна быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания.

Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).

Необходимо отграничивать убийство от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

По ч. 1 ст.105 УК РФ квалифицируется убийство, совершенное без квалифицирующих признаков, указанных в ч.2 ст.105 УК РФ, и без смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.ст. 106, 107 и 108 УК РФ (убийство матерью новорожденного ребенка; убийство, совершенное в состоянии аффекта; убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны) (например, в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, зависти, неприязни, ненависти, возникшим на почве личных отношений).

 

Квалифицированные составы

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 17 УК РФ убийство двух или более лиц, совершенное одновременно или в разное время, не образует совокупности преступлений и подлежит квалификации по пункту "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а при наличии к тому оснований также и по другим пунктам части 2 данной статьи, при условии, что ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден.

Убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление - убийство двух лиц. В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч.1 или ч. 2 ст.105 и по ч.3 ст.30 и п. "а" ч.2 ст.105 УК РФ.

 

По п."б" ч.2 ст.105 УК РФ квалифицируется убийство лица или его близких, совершенное с целью воспрепятствования правомерному осуществлению данным лицом своей служебной деятельности или выполнению общественного долга либо по мотивам мести за такую деятельность.

Под осуществлением служебной деятельности следует понимать действия лица, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с государственными, муниципальными, частными и иными зарегистрированными в установленном порядке предприятиями и организациями независимо от формы собственности, с предпринимателями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству, а под выполнением общественного долга - осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересах отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий (пресечение правонарушений, сообщение органам власти о совершенном или готовящемся преступлении либо о местонахождении лица, разыскиваемого в связи с совершением им правонарушений, дача свидетелем или потерпевшим показаний, изобличающих лицо в совершении преступления, и др.).

К близким потерпевшему лицам, наряду с близкими родственниками, могут относиться иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений.

 

По п."в" ч.2 ст.105 УК РФ (убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии) надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство. К иным лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные, престарелые, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

При квалификации действий виновного по п."в" ч.2 ст.105 УК РФ по признаку "убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника" следует иметь в виду, что по смыслу закона ответственность по данному пункту ч.2 ст.105 УК РФ наступает не только за умышленное причинение смерти самому похищенному или заложнику, но и за убийство других лиц, совершенное виновным в связи с похищением человека либо захватом заложника. Содеянное должно квалифицироваться по совокупности с преступлениями, предусмотренными ст.126 или ст.206 УК РФ.

 

При квалификации убийства по п."д" ч.2 ст.105 УК РФ надлежит исходить из того, что понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. При этом для признания убийства совершенным с особой жестокостью необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с особой жестокостью.

Признак особой жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.). Особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания.

Глумление над трупом само по себе не может расцениваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о совершении убийства с особой жестокостью. Содеянное в таких случаях, если не имеется других данных о проявлении виновным особой жестокости перед лишением потерпевшего жизни или в процессе совершения убийства, следует квалифицировать по соответствующей части ст.105 и по ст.244 УК РФ, предусматривающей ответственность за надругательство над телами умерших.

Уничтожение или расчленение трупа с целью сокрытия преступления не может быть основанием для квалификации убийства как совершенного с особой жестокостью.

 

Под общеопасным способом убийства (п."е" ч.2 ст.105 УК РФ) следует понимать такой способ умышленного причинения смерти, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни не только потерпевшего, но хотя бы еще одного лица (например, путем взрыва, поджога, производства выстрелов в местах скопления людей, отравления воды и пищи, которыми, помимо потерпевшего, пользуются другие люди).

Если в результате примененного виновным общеопасного способа убийства наступила смерть не только определенного лица, но и других лиц, содеянное надлежит квалифицировать, помимо п."е" ч.2 ст.105 УК РФ, по п."а" ч.2 ст.105 УК РФ, а в случае причинения другим лицам вреда здоровью - по п."е" ч.2 ст.105 УК РФ и по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью.

В тех случаях, когда убийство путем взрыва, поджога или иным общеопасным способом сопряжено с уничтожением или повреждением чужого имущества либо с уничтожением или повреждением лесов, а равно насаждений, не входящих в лесной фонд, содеянное, наряду с п."е" ч.2 ст.105 УК РФ, следует квалифицировать также по ч.2 ст.167 или ч. 3 или ч. 4 ст. 261 УК РФ.

 

При квалификации убийства по п."ж" ч.2 ст.105 УК РФ необходимо учитывать содержащееся в ст.35 УК РФ определение понятия преступления, совершенного группой лиц, группой лиц по предварительному сговору и организованной группой лиц.

Убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них (например, один подавлял сопротивление потерпевшего, лишал его возможности защищаться, а другой причинил ему смертельные повреждения). Убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединилось другое лицо (другие лица).

Предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. При этом, наряду с соисполнителями преступления, другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства, и их действия надлежит квалифицировать по соответствующей части ст.33 и п."ж" ч.2 ст.105 УК РФ.

Организованная группа - это группа из двух и более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких убийств. Как правило, такая группа тщательно планирует преступление, заранее подготавливает орудия убийства, распределяет роли между участниками группы. Поэтому при признании убийства совершенным организованной группой действия всех участников независимо от их роли в преступлении следует квалифицировать как соисполнительство без ссылки на ст.33 УК РФ.

 

По п."з" ч.2 ст.105 УК РФ (убийство из корыстных побуждений) следует квалифицировать убийство, совершенное в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение, прав на жилплощадь и т.п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.).

Как убийство по найму надлежит квалифицировать убийство, обусловленное получением исполнителем преступления материального или иного вознаграждения. Лица, организовавшие убийство за вознаграждение, подстрекавшие к его совершению или оказавшие пособничество в совершении такого убийства, несут ответственность по соответствующей части ст.33 и п."з" ч.2 ст.105 УК РФ.

Как сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом следует квалифицировать убийство в процессе совершения указанных преступлений. Содеянное в таких случаях квалифицируется по п."з" ч.2 ст.105 УК РФ в совокупности со статьями УК, предусматривающими ответственность за разбой, вымогательство или бандитизм.

 

По п."и" ч.2 ст.105 УК РФ следует квалифицировать убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение (например, умышленное причинение смерти без видимого повода или с использованием незначительного повода как предлога для убийства).

Если виновный, помимо убийства из хулиганских побуждений, совершил иные умышленные действия, грубо нарушавшие общественный порядок, выражавшие явное неуважение к обществу и сопровождавшиеся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества, то содеянное им надлежит квалифицировать по п."и" ч.2 ст.105 УК РФ и соответствующей части ст.213 УК РФ.

Для правильного отграничения убийства из хулиганских побуждений от убийства в ссоре либо драке следует выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован виновным для использования его в качестве повода к убийству. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, виновный не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

 

По смыслу закона квалификация по п."к" ч.2 ст.105 УК РФ совершенного виновным убийства определенного лица с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту ч.2 ст.105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства. Поэтому, если установлено, что убийство потерпевшего совершено, например, из корыстных или из хулиганских побуждений, оно не может одновременно квалифицироваться по п."к" ч.2 ст.105 УК РФ.

Под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, следует понимать убийство в процессе совершения указанных преступлений или с целью их сокрытия, а также совершенное, например, по мотивам мести за оказанное сопротивление при совершении этих преступлений.

Учитывая, что при этом совершаются два самостоятельных преступления, содеянное следует квалифицировать по п."к" ч.2 ст.105 УК РФ и, в зависимости от конкретных обстоятельств дела, по соответствующим частям ст.131 или ст.132 УК РФ.

 

Разграничение простого убийства (ст.105 УК РФ) от привилегированного убийства при смягчающих обстоятельствах (ст.ст.106-108, ч.4 ст.111 УК РФ): 

Уголовный кодекс РФ знает три вида убийств: простое (ч. 1 ст. 105 УК РФ), квалифицированное, то есть при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст.105 УК РФ), и привилегированное, то есть при смягчающих обстоятельствах (ст.ст. 106 - 108 УК РФ).

Простое убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ) есть умышленное лишение жизни другого человека. Оно характеризуется отсутствием как отягчающих, так и смягчающих обстоятельств, указанных в диспозициях соответственно ч. 2 ст. 105 и ст.ст. 106 - 108 УК РФ. Практика относит к простым убийствам убийство в ссоре или драке, из ревности (если это не связано со служебной, профессиональной или общественной деятельностью потерпевшего), из трусости или зависти, а также из сострадания к безнадежно больному человеку.

В ходе проведенного изучения установлено, что при квалификации простого убийства возникают трудности в следующих ситуациях:

- разграничение убийства в драке и при превышении пределов необходимой обороны. Здесь следует обратить внимание на то, кто был зачинщиком драки. Если потерпевшим оказался зачинщик драки, есть основания полагать, что виновный оборонялся. В этом случае может возникнуть вопрос о необходимой обороне или превышении ее пределов. Если же вред причинил зачинщик драки, о необходимой обороне речь идти не может;

- разграничение убийства, совершенного в состоянии аффекта. Здесь следует проанализировать поведение потерпевшего, установить были ли действия виновного вызваны насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, иными противоправными действиями с его стороны, а также выяснить, каким был разрыв во времени между этими действиями и причинением смерти;

- разграничение убийства в драке и причинения тяжкого вреда здоровью, приведшего по неосторожности к смерти потерпевшего (ч.4 ст.111 УК РФ). Здесь важно установить направленность умысла виновного. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» рекомендует при этом учитывать все обстоятельства дела, в частности способ и орудия преступления, локализацию ударов (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующие взаимоотношения виновного и потерпевшего.

При рассмотрении уголовных дел изучаемой категории судам надлежит учитывать положения закона о необходимой обороне, правильно устанавливать обстоятельства совершения каждого конкретного преступления и давать надлежащую оценку всем обстоятельствам.

В соответствии со ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», разъяснено, что при защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (часть 1 статьи 37 УК РФ), а также в случаях, предусмотренных частью 2.1 статьи 37 УК РФ, обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.

Уголовная ответственность за причинение вреда наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в части 2 статьи 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. При этом ответственность за превышение пределов необходимой обороны наступает только в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства.

Несвоевременной оборона будет тогда, когда нападение прекратилось и опасность лицу уже не угрожает. Здесь, однако, следует иметь ввиду, что в условиях реального нападения преступника не всегда ясно, завершилось ли нападение, нет ли опасности возобновления преступного посягательства.

Кроме того, закон специально обращает внимание на случаи, когда лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения. Такие случаи не признаются превышением пределов необходимой обороны. Поэтому они не влекут уголовной ответственности, в том числе по ст. 108 УК РФ.

 

Судебная практика по делам о преступлениях против жизни:

 

Проведенным изучением установлено, что подавляющее большинство преступлений, предусмотренных ст. 105 УК РФ, совершалось виновными с прямым умыслом.

Например, Каменским городским судом Пензенской области вынесен обвинительный приговор в отношении Г., совершившего преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, в котором указано: Об умысле подсудимого на причинение смерти Я. свидетельствуют характер действий подсудимого, особенности используемого орудия – ножа, а также локализация и степень тяжести причиненных телесных повреждений. Нанося с силой удар ножом со значительной длиной клинка (не менее 21,5 сантиметра) в жизненно-важный орган (грудную клетку потерпевшего), подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел, и желал наступления общественно опасных последствий в виде смерти Я.Р.Я.

Приговором Каменского городского суда Пензенской области от 12 февраля 2015 года Г.А.А. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Так Саратовским областным судом по ч.1 ст.105 УК РФ осужден Б, который из личных неприязненных отношений к Г с целью лишения его жизни сначала избил потерпевшего кулаками, а затем нанес ему ножом удар в область шеи. От полученных ножевого ранения Г. скончался на месте.

Примером неосторожного причинения смерти лица по неосторожности является переквалификация Саратовским областным судом с п. «в» ч.2 ст.105 УК РФ на ч.4 ст.111 УК РФ действий П., который из личных неприязненных отношений нанес множественные удары в области головы и шеи малолетней Я., причинив ей повреждения, от которых она спустя 8 дней скончалась в больнице, т.к. после избиения потерпевшей, сознавая, что она жива, имея реальную возможность лишить ее жизни, П. прекратил свои противоправные действия, кроме того, на следующее утро в больнице он требовал от медперсонала сделать все возможное для спасения девочки. Исходя из этого, суд пришел к обоснованному выводу, что умысел виновного был направлен на причинение потерпевшей телесных повреждений, а его отношение к наступившим последствиям в виде смерти Я. выражается в форме неосторожности.

Примерами убийства двух  или более лиц, совершенных одновременно или в разное время, не образующей совокупности преступлений и подлежащей квалификации по п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ, является следующая практика Саратовского областного суда:

- в отношении М., который, действуя с умыслом на лишение жизни двух лиц, из личной неприязни нанес кулаками кухонного ножа Х.Д. и Х.А. удары в места расположения жизненно важных органов потерпевших, которые от полученных ранений скончались на месте;

- рассмотренного с участием присяжных заседателей в отношении Н., который согласно вердикту присяжных заседателей  процессе совместного употребления спиртных напитков и возникшей ссоры с Б. и Ф. нанес последним поочередно топором несовместимые с жизнью телесные повреждения , от которых оба скончались на месте.

По смыслу уголовного закона убийство одного человека и покушение на убийство другого не может рассматриваться как оконченное преступление – убийство двух лиц. В таких случаях независимо от последовательности преступных действий содеянное следует квалифицировать по ч.1 или ч.2 ст.105, и по ч.3 ст.30, п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ.

С учетом этих положений закона судом правильно квалифицированы действия С. по ч.1 ст.105 и ч.3 ст.30, п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку он, действуя с прямым умыслом на лишение жэизни двух лиц, на почве внезапно возникших неприязненных отношений к Х. и В. нанес каждому удары клинком ножа: первому в область живота, второму – в область груди. От полученных повреждений  В. скончался на месте, а Х. остался жив благодаря вмешательству другого лица и своевременному оказанию ему медицинской помощи  и как указано в приговоре, о наличии у С. прямого умысла на убийство двух лиц свидетельствует избранный им способ убийства – нанесение со значительной силой ударов в жизненно важные органы ножом с большой погружающей частью клинка. Вместе с тем, по независящим от осужденного обстоятельствам его действия по лишению жизни Х. не были доведены до конца.

 

      Самоуправство (ст.330 УК РФ): судебная практика 

 

Сложности с оценкой преступлений о самоуправстве:

Накопленная судебная практика по использованию уголовной статьи 330 демонстрирует разночтения этой нормы, сложности в области квалификации преступления и правоприменительных действий. Проблема состоит в том, что трудно определить грань, отделяющую самозащиту гражданского права от самоуправных действий и злоупотребления правом. Очень часто самоуправство перекликается с кражей. Основные причины сложностей в оценке состава преступлений о самоуправстве возникают из-за размытой формулировки диспозиции статьи, где не раскрыта суть самоуправства в полной мере.

В юридической науке по изучению состава самоуправства практически не проводятся исследования. Отсутствует методика по правильному установлению вреда при самоуправстве, его рассматривают в каждом отдельном случае, опираясь на мнение судьи. Существующее понятие о самоуправстве ввиду размытости допускает квалифицировать по ст. 330 множество умышленных деяний, совершенных вопреки закону. Если вдуматься, то в исках по делам об убийстве, о краже или изнасиловании существуют все признаки понятия о самоуправстве: правомерность преступных действий оспаривает пострадавшая сторона, деяния совершены вопреки закону, причиненный ущерб существенный. Но очевидно, что такой подход к делам не верен.

Все это следствие неудачной формулировки диспозиции статьи. Разночтения этой нормы ярко проявляются в судебной практике Благовещенского суда: Гражданин А. изъял у гражданина С. мобильный телефон, вытащив его из чехла, висевшего на поясе потерпевшего. Таким образом, гражданин А. пытался принудить гражданина С. к возврату долга. Предварительное следствие оценивало данный поступок, как грабеж, суд изменил формулировку на самоуправство.

Оспаривание права по делам о самоуправстве

Очередной проблемой, мешающей эффективному применению ст. 330 УК, считается «оспаривание» правомерности деяний субъекта, осуществляющего самовольное изъятие чужой собственности. «Оспаривание» является обязательным признаком объективной стороны при квалификации данного преступления. Как должно быть выражено «оспаривание»? Судебные органы не дают однозначного ответа на этот вопрос. Встречается такое определение «оспаривания» — это заявление пострадавшей стороны о нарушении действительных или предполагаемых прав самоуправными действиями другой стороны. Другие юристы считают такую трактовку несовершенной. Исходя из этого определения «оспаривания», следует, что при отсутствии заявления от потерпевшего, ему нельзя рассчитывать на защиту своих прав, так как уголовная ответственность виновного наступает после подачи заявления потерпевшей стороной. Некоторые юристы считают, что термин «оспаривание» следует заменить. Рекомендуют нейтральные  понятие, например, «согласие» или «одобрение».

 

Пояснение Верховного суда РФ:

Правоведы считают, что правоохранительные структуры излишне строги в мелочах, особенно по делам с применением ст.330 УК. Верховному суду после одного примечательного прецедента пришлось пояснять судебным вершителям, какое наказание применять к мелкому самоуправству. В судебных обзорах высшая судебная инстанция вынуждена постоянно повторять, как судьям следует вникать в суть по делам о самоуправных деяниях, как распознавать несущественные проступки, формально подпадающие под уголовное преступление. Для наглядности был приведен пример о гражданине, нашедшем патрон, который в результате судебного разбирательства был наказан за незаконное хранение боеприпасов. Для решения проблемы по разграничению самоуправных действий от административного проступка юристы предлагают внести в УК четкие признаки «существенного ущерба». В аналогичных статьях о посягательствах на собственность такие четкие грани определены. Отличие самоуправства от таких статей состоит в том, что виновник восстанавливает свои права насильственным способом, самовольно и в обход закона.

 

Судебная практика по самоуправным делам:

Накопленный опыт применения статьи о самоуправстве свидетельствует, что очень часто допускаются ошибки при квалификации самоуправных действий в судах и на предварительных следствиях.

Главным объектом преступления по ст.330 считаются интересы граждан или организаций, которым причинен вред, а также законный порядок претворения прав. Объективная сторона нормы рассматривает самовольные действия с точки зрения их правомерности при оспаривании потерпевшими, которым нанесен вред.

По делам, где фигурируют органы по местному самоуправлению, требующим произвести  снос самовольной постройки, также можно усмотреть признаки состава самоуправства. Местные органы призваны решать вопросы о нарушении строительных норм, создающих угрозу для жизни граждан. Рассматривая такие дела в определенном ракурсе, и исходя из последствий в случае причинения существенного вреда, самострой тоже можно квалифицировать по ст.330 УК.

Самовольные противоправные действия многообразны, но зачастую они касаются имущественной стороны. Например, когда действия по возврату долга совершаются с нарушением законного порядка. Материальный состав самоуправства отражен в диспозиции и указывает на существенность причиненного вреда. Именно этот признак отличает его от административного правонарушения по ст.19.1 АП. Например, примечательно выглядит дело о самоуправстве муниципальных органов власти. При подаче иска размер ущерба был завышен, что меняло квалификацию преступления. Судом было установлено, что на момент совершения преступления произошло уменьшение кадастровой стоимости земельного участка . Хотя в иске указывалась сумма, которая фигурировала на момент заключения сделки.

Субъективная сторона самоуправного преступления рассматривает исключительно умышленные деяния. Виновник уверен в обладании определенными правами, сознает, что эти права оспаривает другой и пытается установить свои права противоправными действиями. Например, некий гражданин проникает в квартиру должника и забирает ценности, не принадлежащие ему, считая, что имеет на это право.

 

Советы:

Куда можно пожаловаться на должностное лицо за самоуправство?
В первую очередь необходимо обратиться в вышестоящую профильную структуру. Например, на директора школы жалоба отправляется в Министерство образования и науки. В случае игнорирования заявления или отсутствия должного разбирательства жалоба направляется в Прокуратуру. На основании статьи 10 Федерального закона прокуратура обязана рассматривать жалобы и обращения граждан о нарушении закона.

Как рассматривать требование о возврате долга — самоуправство, вымогательство или действия считаются правомерными?
При изучении судебной практики прослеживается тенденция, когда предварительное следствие определяет требование к должнику по ст. 163 УК, затем в суде меняется квалификация на самоуправство или иное.

Чтобы квалифицировать преступление по ст. 330 — самоуправство, придется доказать все признаки совершения самоуправных действий. В составе преступления должна просматриваться материальная сторона. Потерпевшему был причинен существенный вред, одним словом, прямой реальный ущерб. Преступник совершал действия умышленно.

 

Злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК РФ): судебная практика

 

Что подпадает под понятие «злоупотребление»:

Этот вид преступления характеризуется тем, что особа, которому предоставлены особые полномочия, использует их в корыстных целях в свою пользу или третьих лиц, при этом совершая действия, не предусмотренные должностными обязанностями. Как правило, превышение служебных полномочий возникает тогда, когда лицо желает получить какую-то экономическую пользу (выгоду). Например, руководитель предприятия или одного из его подразделений, в обязанности которого входит выполнение определенной работы, идет на нарушение и выполняет эту работу таким образом, чтобы в результате извлечь из своих деяний выгоду, нанося тем самым ущерб самому предприятию или своему подразделению.

Несмотря на то, что ст.201 УК РФ достаточно четко определяет обстоятельства, которые могут послужить основанием для открытия уголовного дела, судебная практика свидетельствует о том, что подобные дела доходят до разбирательств в суде крайне редко.

Совет: чтобы у собственников или высшего руководства предприятия появилась возможность довести дело до суда, доказательная база должна быть сформирована по всем правилам и содержать фактические улики, подтверждающие вину нечистоплотного руководителя, в противном случае доказать его вину будет практически нереально. Лучше это делать с помощью профессиональных юристов, которые не упустят никакую мелочь и смогут собрать самый сложный материал.

Объективная, субъективная сторона дела

Объективная сторона совершенного преступления по ст.201 УК РФ проявляется в использовании лицом, исполняющим руководящие функции на предприятии, своих прямых обязанностей вопреки коммерческим интересам самого предприятия, если в результате совершенных действий оно понесло существенные убытки, были нарушены законные интересы фирмы, граждан, общества, государства.

Под ст.201 УК РФ наравне с совершением действий также может попасть бездействие лица, которое привело к негативным последствиям или убыткам, руководителям предприятий следует помнить об этом. Природа деятельности при превышении полномочий допускает как свершение таких действий в пределах положенных полномочий, но наперекор интересам организации, прочего юр. лица или с превышением их. Именно совершение действий вопреки интересам является основным признаком злоупотребления полномочиями.

С субъективной точки зрения преступление по ст. 201 совершается с прямым умыслом. Признаком, характерным для субъективной стороны, является наличие противоположной цели: получение выгоды в своих интересах нанесение вреда другим.

 

Особенности судебной практики:

Судебная практика по ст. 201 УК РФ носит сложный, часто противоречивый характер, так же как и дела, касающиеся изнасилования. Основные проблемы, с которыми сталкивается судебная практика, применяя ст.201 УК РФ, заключаются в следующем:

- определением, в каком статусе находится организация;

- привлечением руководителя организации к ответственности;

- согласованием с компанией уголовного преследования ее руководящих лиц.

Определение статуса

Субъект, подпадающий под ст.201 УК РФ, обладает следующими качествами: трудится в коммерческой организации; выступает ее должностным лицом. Именно с определением последнего качества у судебных органов возникают проблемы. Это связано с тем, что участие государства в экономике страны происходит все чаще, в связи с чем появляются разновидности организаций, которые хоть и относятся, пусть несколько формально, к органам государственной власти, но при этом имеют все признаки коммерческой организации, занимаются хозяйственной деятельностью, инвестированием и т.п. Ярким примером такой структуры выступает госкорпорация, которая на законодательном уровне отнесена к некоммерческим организациям, а это говорит о том, что привлечь к ответственности по ст. 201 их не получится.

Но в отличие от госкорпораций, многие организации не имеет выраженных признаков отношения к государственной собственности, и судебная практика часто сталкивается с трудностями в определении: являются они коммерческими или нет.

Так, в судебной практике фигурирует случай о превышении полномочий путем получения взятки директором продовольственной корпорации. Изучая учредительные документы, суд не смог выяснить к какому виду относится рассматриваемое предприятие, а соответственно, по какой статье классифицировать действия должностного лица: по ст. 201, если оно является руководителем коммерческой структуры, или совсем по другой статье, если государственной, где надлежит рассматривать в составе правонарушения получение взятки.

Привлечение к ответственности руководителя

Не вызывает никакого сомнения, что генеральный директор или коммерческий относится к должностным лицам. И как говорит примечание 1 к ст. 201 УК РФ, для того, чтобы появилась возможность привлечь его к уголовной ответственности, требуется получение предварительного согласия самой организации. В обзорах судебной практики нередко встречаются случаи, когда происходила отмена приговора, вынесенного по ст. 201. УК РФ, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Также как может быть проведена отмена дарения квартиры при предъявлении претензий кем-то из наследников.

Например, некий руководитель пошел на превышение своих полномочий, получил выгоду, причинив значительный вред предприятию, и был осужден в соответствии со статьей 201 УК РФ. Но приговор был отменен спустя какое-то время, так как в деле отсутствовало даже заявление от предприятия, которое должно было послужить поводом для открытия уголовного дела, не говоря уже о согласии на привлечение руководителя к ответственности.

И тут опять наблюдается некоторая противоречивость. Возникает законный вопрос, кто должен давать такое согласие на привлечения лица по статье 201. Обычно любое юридическое лицо представляет генеральный директор, что делать в случае, если именно он совершил преступление и является виновным. Получается, что он должен давать согласие на привлечение к ответственности самого себя. Судебная практика пришла к заключению, что подобные согласования должны выдаваться советом директоров. Что тоже вызывает немало споров, особенно у собственников компаний.

Незаконный оборот наркотических средств (ст.ст.228-228.1 УК РФ): судебная практика

 

Пояснение Верховного суда РФ: 

В «Обзоре судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 июня 2012г., относительно проведения оперативно-розыскных мероприятий по делам данной категории были сделаны следующие выводы:

«В доказывании по уголовным делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ, используются результаты оперативно-розыскной деятельности.

При оценке действий оперативных сотрудников в ходе проведения проверочных закупок суды руководствуются разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума от 15.06.2006 № 14, в соответствии с которыми результаты оперативно-розыскного мероприятия могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния.

Согласно положениям ст. 5 Федерального закона Российской Федерации от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» не допускается осуществление оперативно-розыскной деятельности для достижения целей и решения задач, не предусмотренных указанным Федеральным законом.

Под провокацией сбыта судам следует понимать подстрекательство, склонение, побуждение в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий, направленных на передачу наркотических средств сотрудникам правоохранительных органов (или лицам, привлекаемым для проведения ОРМ).

В тех случаях, когда до проведения оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» у правоохранительных органов не было оснований подозревать лицо в распространении наркотических средств и сам сбыт наркотического средства явился результатом вмешательства оперативных работников, судом должно быть признано наличие провокации со стороны оперативных работников.

 

Судебная практика по незаконному обороту наркотических средств:

 

По приговору Миллеровского районного суда Ростовской области … Т. оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 2281 УК РФ, по следующим основаниям.

Как видно из материалов уголовного дела, … оперативные работники проводили ОРМ в отношении Т. в целях закупки гашишного масла, но фактически закупщик взял у подсудимого марихуану.

Судом установлено, что на неоднократные предложения Н., выступавшего в роли покупателя при проведении проверочной закупки, о приготовлении для него гашишного масла Т. ответил отказом. Поскольку Т. отказался изготовить гашишное масло, Н. стал выпрашивать у него марихуану. Т. лишь только показал Н., где лежит марихуана, и Н. ее взял.

Учитывая указанные обстоятельства, суд пришел к выводу, что действия закупщика Н. вопреки требованиям ст. 5 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» явно побуждали подсудимого Т. к совершению противоправных действий, поскольку Н. оказал в ходе общения с подсудимым определенное психологическое давление на последнего, а потому действия закупщика в данном случае содержат признаки провокации.

Кроме того, никаких сведений о том, что Т. ранее занимался сбытом марихуаны, суду не представлено.

При таких данных суд пришел к выводу, что результаты ОРМ … не могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку они не соответствуют требованиям закона и не свидетельствуют о наличии у Т. умысла на незаконный оборот наркотических средств, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений.

По другому уголовному делу Ф. осужден по приговору Советского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан … с учетом изменений, внесенных в приговор судом надзорной инстанции, по ч. 1 ст. 228 УК РФ и по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ. Он признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, а также в незаконном хранении наркотических средств в крупном размере.

Однако, расценивая действия Ф. как уголовно наказуемое деяние, предусмотренное ст. 228.1 УК РФ, суд не учел, что субъективная сторона данного преступления характеризуется умышленной формой вины, то есть умысел виновного должен быть направлен на распространение наркотических средств.

Согласно приговору Ф. наличие умысла на сбыт наркотических средств отрицал, утверждая, что … он созвонился с З., который продавал компьютер, и договорился о его приобретении, через некоторое время З. позвонил ему сам и сказал, что вместо денег за компьютер возьмет наркотики. Поскольку Ф. хотел подарить своему ребенку компьютер, то решил на имеющиеся деньги приобрести наркотики и передать их З., купив у женщины цыганской национальности наркотики, встретился с З.

З. действовал в рамках проведения ОРМ - проверочной закупки. Ф., не имея наркотических средств для сбыта, для выполнения просьбы З. приобрел у женщины цыганской национальности героин.

Из материалов дела усматривается, что какие-либо данные, свидетельствующие о том, что Ф. совершал аналогичные действия ранее в отношении других лиц, отсутствуют.
В приговоре не содержатся доказательства того, что Ф. совершил бы преступление без вмешательства сотрудников милиции.

Из этого следует, что действия Ф. по существу были спровоцированы сотрудниками милиции, фактически совершавшими подстрекательство к совершению Ф. сбыта наркотика. Подобное вмешательство и использование в уголовном процессе доказательств, полученных в результате провокации со стороны милиции, нарушают принцип справедливости судебного разбирательства.

Действия Ф., совершенные в результате провокации со стороны милиции, не могут расцениваться как уголовно наказуемое деяние, что соответствует разъяснению, содержащемуся во втором абзаце пункта 14 постановления Пленума от 15.06.2006 № 14.

В связи с этим Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила приговор и последующие судебные решения по делу в части сбыта наркотического средства, а дело прекратила на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления. (определение № 49-Д07-152).